Маленькая Вселенная
...ведь каждый человек - это маленькая Вселенная

Ричард Гельди, 33, Питер Гельди, 36, Эбигейл Гельди, 17, ушедшая из жизни мать – Марта.


Гельди и Смиты решили держаться вместе. Профессионалы своего дела – как бизнеса, так и фармацевтики, они долгое время вели ожесточенную конкурентную борьбу. Жители Салема немало удивились, узнав, что семьи решили объединить свои силы и выступить союзниками на ниве коммерции. Конечно, их подталкивали к этому решению свои мотивы… Все-таки шансы были не совсем равны. Старшие Смиты всегда торопились вырастить преемников, потому что год за годом уходили из жизни лучшие представители этой фамилии. Поговаривали, что долгими мучительными болезнями, слабоумием, внезапными смертельными приступами эпилепсии мужчины этого рода обязаны своими любительскими медицинскими испытаниями. Люди, которые могли управлять предприятиями, лишь подписывая бумажки и вкладывая средства в производство, предпочитали детально разбираться в вопросе – так легче вести торговлю, предугадывать ходы конкурента. Постепенно фармацевтика превратилась в родовое хобби, за которое платили жизнью.

Ситуация обещала стать критической через несколько лет, и законы выживания оказались сильнее фамильной гордости. Теперь очаровательная дочка Смитов Марта бегала по саду с сорванцами Гельди – младшим Ричардом и старшим Питером, а взрослые прикидывали в уме, кого она выберет через несколько лет.

Детям не было дела до проблем взрослых. Конечно, они часть времени проводили за обязательным домашним обучением, даже ставили опыты в домашней лаборатории и посильно помогали родителям. Но никто не запрещал мальчишкам лазать по деревьям и разорять птичьи гнезда, развлекая Марту обезьяньими прыжками и ужимками; в саду они целыми днями могли играть в индейцев и рассказывать байки по вечерам под старым дубом. Тот дуб и сыграл решающую роль в матримониальных вопросах.

Питер в силу своего возраста был заводилой в играх, стараясь во всем превосходить брата. И однажды, когда подростки сидели на ветках дуба и беспечно болтали ногами, Ричард поинтересовался - «А слабо прыгнуть?». Итог – сотрясение мозга, сильный ушиб, сломанная рука и госпитализация Питера. Когда утихла буря, которую устроили взрослые, разыгрался еще один маленький скандал – Марта отчитала Ричарда за длинный язык и глупые придумки и осталась добровольной сиделкой у постели пострадавшего. Риччи не подпускали к брату: выздоровление шло с трудом, и больному нужен был покой. Отношение братьев стали портиться. Неужели одна сломанная рука стоит таких привилегий, которые свалились на голову Питера? Да еще Марта теперь проводила все свободное время, развлекая несчастного пострадавшего книжками и разговорами...

В день, когда Марта справляла свое шестнадцатилетие, Ричард паковал чемоданы. Он собирался в Лондон, в университет – решил, что ветер странствий развеет его невеселые мысли. На свадьбу брата он не приехал.


Уже через два года 18-летний Ричард, вернувшийся на каникулы в родительский особняк, услышал лепет младенца и радостное квохтание женской части семьи. Однако новоиспеченный отец не испытывал большей радости – честолюбивый молодой коммерсант, Питер рассчитывал на наследника, которому передаст фамильное дело, но никак не на вертихвостку, которая упорхнет в чужую семью, едва ей исполнится 17. Этому настрою немало способствовал старик Гельди, чьи разговоры о внуке за три года набили оскомину всем домашним. «Эх, Питер, счастье по имени Марта улыбнулось тебе однажды, но чем же ты прогневил Бога, что не смог его удержать? Калека, да еще без наследника… куда ты годен?». Ричард пожимал плечами, слушая доводы отца брата. Да какая разница, наследник или наследница, ребенок в семье – это счастье!

Через три года Эбигейл превратилась в вездесущее любознательное существо, общительное и порой навязчивое. Тяга к открытиям была у нее в крови, и скоро для очаровательной малышки не осталось ни одной запертой двери. Как-то раз она умудрилась проникнуть в отцовскую лабораторию. Ричард молча наблюдал, как гибнут результаты его труда. Когда разрушения стали почти катастрофическими, он молча подошел к ребенку.

Марта, прибежавшая на отчаянный рев малыша, плеснула на Питера жидкость из первой же колбы. Мужчина закричал от боли. С тех пор от его красивого лица осталась только половина. Марта не смогла смириться с тем, что сотворила своими руками с любимым человеком. Она мучилась угрызениями совести, стала впадать в истерию и, наконец, – сходить с ума.

Десять лет маленькую Эби растила тихо помешавшаяся Марта. Отец перестал обращать внимание на ребенка, а Ричард, который не мог смотреть, как погибает любимая женщина, осел в Лондоне и лишь изредка наносил визиты вежливости в родные края. К брату и племяннице он испытывал смешанные чувства: ведь они оба виноваты в том, что случилось с Мартой: одна – своим появлением на свет, второй – ненавистью, упрямством и твердолобостью.
А между тем расстройство Марты прогрессировало. Если раньше она хлопотала по хозяйству, водилась с дочкой, то теперь могла перепутать воду с уксусом или расчесывать волосы кухонным ножом. Она причиняла неудобства не только себе: однажды семья всю неделю провела в кроватях после очередного ужина. Хлопотами местного врача домочадцы вскоре стали на ноги, но завтраки, обеды и ужины, приготовленные Мартой, исправно отправлялись в помои. В это время Риччи возвращается в семью – в трудные минуты он решил остаться с Мартой, да и племянницу уже почти простил.

Болезнь наследницы Смитов - не единственное несчастье, постигшее их кровь. Как проклятые кем-то, один за другим умерли взрослые мужчины этой фамилии. Впрочем, старик Гельди ненадолго их пережил. Перед смертью он пригласил сыновей на разговор. Когда с формальностями было покончено, Питер покинул пропахшую лекарствами комнату отца, а Ричарду было суждено узнать кое-какие фамильные секреты… К концу беседы младший сын вышел из спальни белый как мел. Теперь он знал, почему Смиты умирали как мухи на протяжении нескольких поколений.

Вскоре семье пришлось отправить Марту в психиатрическую клинику. Три года тянулись безрадостные визиты в дом скорби, где мужчины отдавали последнюю дань уважения женщине, которую когда-то любили. И каждый раз возвращались в гробовом молчании, стараясь не смотреть друг на друга. Ричард всегда нервничал перед этими визитами, а Питер впадал в транс. Однажды после очередной встречи в дом Гельди принесли телеграмму о том, что Марта находится при смерти; еще через несколько дней – весть о ее мучительной кончине. Питер почти сутки просидел, уставившись в одну точку, а Ричард пропал на несколько дней. Где он был и что делал – неизвестно, но злые языки поговаривали, что заливал горе в одном из самых непрезентабельных трактиров в городе.

Сейчас Питер и Ричард ведут семейный фармацевтический бизнес, продолжают научные изыскания; Эбигейл учится в церковной приходской школе, ведет домашнее хозяйство. Женихов у девушки немного, так как суровый нрав отца отпугивает большинство претендентов на сердце и руку.


P.S. Почему на протяжении почти двух поколений мужчины Смитов погибали? От чего умерла тихо помешанная Марта, будучи под надежным присмотром персонала лечебницы? На что можно решиться, пытаясь спасти любовь?

@темы: размышлизмы, добыча полезных ископаемых из недр души, Мои "Я", Игры разума